М. ВАТСОН, (PINSENT MASONS LLP).
СТРОИТЕЛЬСТВО
Вложения инфраструктурных фондов за первое полугодие 2021 г. как в существующие, так и в новые инфраструктурные объекты, составили более 61,3 млрд. долларов США, при этом почти две трети вложений были выше своего первоначального целевого размера (по данным Investor Funds Report, H1 2021, IJ Investor, 15 July 2021). Почти 75% (45,6 млрд. долларов США) приходилось на собственный капитал, а еще 8,7 млрд. долларов США
– на кредитные ресурсы. В общей сложности 39% обязательств партнеров с ограниченной ответственностью (LP) приходилось на государственные пенсионные фонды, 15%
– на страховые компании, 11%
– на управляющие активами. Географически 18% привлеченного капитала пришлось на Северную Америку, 17%
– на Европу и 8% –АзиатскоТихоокеанский регион. Остальные инвестиции осуществлялись в других регионах или на глобальном уровне. Майкл ВАТСОН, партнер, руководитель отдела финансов и проектов и руководитель отдела консультирования по вопросам изменения климата, Pinsent Masons LLP Крупные строительные компании и девелоперы обычно вкладывают значительный капитал в инфраструктуру с использованием собственных корпоративных средств. Собственный капитал используется для осуществления новых инфраструктурных проектов. Кроме того, прямые инвестиции также осуществляются компаниями, управляющими пенсионными фондами и суверенными фондами благосостояния. В первом полугодии 2021 года в инвестициях закрытых фондов, не включенных в биржевые списки, произошел всплеск целевых вложений в использование возобновляемых источников энергии, на которые пришлось около трети (19 млрд. долларов США) от общей суммы привлеченных средств. За тот же период в 2020 году на возобновляемые источники энергии было выделено (этими фондами, прим. ред.) всего 1 млрд. долларов США (по данным H1 2021 Fundraising Report, Infrastructure Investor, 27th July 2021). Прим. ред.: Опять чтото не так у «писателей» с арифметикой: 45,6 млрд. + 8,7 млрд. = 54,3 млрд., а всего, как утверждается, 61,3 млрд. Где остальные 7 млрд.? 39% + 15% + 11% = 65%. А куда делись остальные 35%, если это
– «в общей сложности»? Увеличение произошло за счет стратегий, ориентированных как на «традиционные», так и на «возобновляемые» источники энергии, которые составили 1,1 млрд. долларов США за первые шесть месяцев этого года по сравнению с 14,7 млрд. долларов США в первой половине 2020 года. Рост зеленого инвестирования Зеленое инвестирование является центральной темой среди фондов, которые в настоящее время находятся в режиме сбора средств, при этом такие термины, как «зеленый», «чистый», «устойчивость» и «энергеДоли инвесторов во вложениях в инфраструктуру в первом полугодии 2021 г., тический переход», все чаще встречаются в названиях фондов (согласно анализу Investor Funds Report, H1 2021, IJ Investor, 15 July 2021). Эти фонды также ориентируются не только на энергетический сектор, но и на энергоэффективность и более широкую декарбонизацию других подсекторов инфраструктуры, таких как чистый транспорт и цифровая инфраструктура. Исследование в области инвестиций в чистую энергию, проведенное консалтинговой компанией bfinance, показало, что в настоящее время на рынке присутствует 47 инвестфондов, вкладывающих средства возобновляемые источники энергии, и еще 15, занимающиеся инвестициями в «энергетический» переход. Цифры подтверждают уверенность в том, что возобновляемые источники энергии и цифровая инфраструктура являются наиболее многообещающими и устойчивыми секторами роста в постпандемической среде. Infrastructure Investor установил, что все пять крупнейших по объемам вложений в первой половине 2021 года инвестфондов специализировались либо на таких секторах, как возобновляемые источники энергии или цифровая инфраструктура, либо на регионах, особенно на Европе и АзиатскоТихоокеанском регионе. Это не должно вызывать удивления, учитывая обещания «нулевой эмиссии» (Net Zero) и планы правительств «улучшить восстановление». По оценкам McKinsey, к 2030 году для «энергетического» перехода потребуются капитальные затраты от 3 до 5 трлн. долларов США в год, что намного превышает текущие инвестиции. Переломный момент для инвестиций в экологическое, социальное и корпоративное управление (ESG) По мнению McKinsey, на частных рынках влияние ESG сейчас достигло критической точки, став важным для множества заинтересованных сторон. К ним относятся регулирующие органы, LP, потребители и сотрудники. В 2020 году инвестиции в стратегии, связанные с ESG, выросли бесДоли основных регионов в инвестициях в инфраструктуру (первое полугодие 2021 г.) Источник: Анализ IJ Investor и Pinsent Masons Прим. ред.: Аппетиты растут, как и ставки в глобальной игре. Прим. ред.: Эта «важность для заинтересованных сторон» подчеркивалась еще на так называемых «пандемических учениях» Event 201, которые в октябре 2019 г.
– за два месяца до выявления первых больных Covid19 в Китае
– провел Центр медицинской безопасности Джонса Хопкинса совместно с партнерами
– Всемирным экономическим форумом и Фондом Билла и Мелинды Гейтс. Подробнее см. журнал «Окна и Двери», №1/2021. прецедентно: с 2015 по 2020 год было привлечено почти 400 млрд. долларов совокупного частного капитала, ориентированного на ESG, причем более четверти (около 100 млрд. долларов США) было привлечено в 2020 году. Связанный с ESG капитал в инфраструктуре рос на 28% в год, причем значительная часть этого роста была связана с притоком средств в стратегии, связанные с устойчивым развитием. Тенденция сохранится: недавний опрос PGIM показал, что 58% глобальных инвесторов активно включают обязательства по изменению климата в свои инвестиционные процессы. Однако за цифрой скрывается некоторое географическое неравенство: так поступают только 47% инвесторов в Северной Америке по сравнению с более чем 80% инвесторов в Европе. Для многих инвесторов повышение внимания к ESG потребует крутого обучения с точки зрения развития новых наборов навыков, таких как способность получать, систематизировать, анализировать и сообщать данные ESG. Один из подходов
– просто купить аналитику: например, компания Blackstone приобрела Sphera, поставщика программного обеспечения ESG и данных, за 1,4 млрд. долларов США. До недавнего времени одним из основных препятствий на пути инвесторов к устойчивому инвестированию было отсутствие общепринятых стандартов отчетности. Однако продолжающаяся консолидация организаций по стандартизации и растущее признание рамок для измерения критериев ESG приводит к тому, что инвесторы стремятся «войти в игру». Расширение возможностей в АзиатскоТихоокеанском регионе Не только развитые страны, такие как США, предлагают возможности для инвестиций в инфраструктуру. Если пакет расходов на инфраструктуру у администрации Байдена направлен на стимулирование экономики и модернизацию разрушающихся дорог, мостов и плотин, то вложения в инфраструктуру в АзиатскоТихоокеанском регионе рассматривается некоторыми как огромная возможность для крупных институциональных инвесторов и частного капитала. По данным Азиатского банка развития, развивающимся странам Азии потребуется инвестировать 26 трлн. долларов в период с 2016 по 2030 год, если регион хочет сохранить темпы роста и отреагировать на изменение климата. С поправкой на борьбу с изменением климата, из общих инвестиционных вложений в 20162030 годах 14,7 трлн. долларов США будет приходиться на электроэнергетику, а 8,4 трлн. долларов США
– на транспорт. Инвестиции в телекоммуникации достигнут 2,3 трлн. долларов США, при этом расходы на водоснабжение и канализацию составят за этот период 800 млрд. долларов США. Недавний анализ «альтернативных активов» в АзиатскоТихоокеанском регионе, проведенный Preqin, показал, что «рынок альтернативных инвестиций в Азии в ближайшие годы испытает взрывной рост, а частные капитальные активы под управлением (AUM) к 2025 году достигнут 6 трлн. долларов». Частный капитал будет играть растущую роль в распределении активов в АзиатскоТихоокеанском регионе, при этом совокупная стоимость частного капитала, ориентированного на АзиатскоТихоПрим. ред.: Правила игры, естественно, будут устанавливать авторы «великой трансформации». океанский регион, по состоянию на сентябрь 2020 года достигла 1,7 трлн. долларов США
– шестикратное увеличение за последние 10 лет. Между тем, данные Refinitiv показывают, что в Китае, Гонконге и Тайване за первые шесть месяцев этого года зарегистрирована 41 сделка на сумму 19 млрд. долларов США по сравнению с 23 сделками на сумму 7,6 млрд. долларов США за весь 2020 год. Помимо акцента на возобновляемые источники энергии в АзиатскоТихоокеанском регионе, где коммунальные предприятия следует поощрять за развитие возобновляемых источников энергии, инфраструктура, связанная с цифровизацией и данными, также становится все более важной в регионе. В таких странах, как Китай и Индия, 20 лет назад не было реальной сети мобильной связи, но в последние годы в результате масштабного развертывания покрытия 3G и 4G наблюдался экспоненциальный рост потребления данных. По мере роста экономик АзиатскоТихоокеанского региона
– а вместе с ними и среднего класса
– мы, вероятно, увидим рост спроса на такие активы, как вышки сотовой связи и центры обработки данных, а затем последующие инвестиции в умные города и зарядку для электромобилей. Несмотря на тот положительный факт, что компании, управляющие активами, понимают влияние изменения климата на свои портфели, что будет способствовать созданию устойчивой застроенной среды и поддерживать стремление к декарбонизации, остается серьезная проблема, связанная с неэффективными активами. Лоуренс Слэйд, генеральный директор Global Infrastructure Investor Association (GIIA), возможно, лучше всего резюмировал это: «Многие инвестиционные возможности появятся Прим. ред.: Вообщето, Китай сегодня
– это крупнейшая в мире сеть 5G. Но автор этого или не знает, или не хочет признать, поскольку тогда придется признать и растущее отставание «запада» от Китая в этой сфере. в результате роста цифровизации, использования зеленого газа, электромобилей (EV), экологически чистой энергии и других областях. инноваций. Однако компании должны тщательно управлять этими возможностями наряду с проблемами, связанными с неэффективными активами». Темпы изменений продолжают ускоряться, поскольку инвесторам приходится сочетать стратегии смягчения последствий в отношении своих существующих портфелей с агрессивным акцентом на «чистом нуле» или чистом положительном воздействии новых инвестиций и распределения капиталовложений. Прим. ред.: Пока что «темпы изменений» привели к энергетическому кризису, который далеко не закончен, и к беспрецедентному росту цен не только на нефть и газ, но и на уголь, объявленный «самым грязным» ископаемым источником энергии. Несмотря на все усилия по развитию «зеленой энергетики» в течение последних 20 лет, на угольные электростанции в настоящее время приходится треть вырабатываемой электроэнергии в мире. Прекращение инвестиций в добычу угля, ставилось в качестве главной задачи организаторами конференции COP26 в Глазго. Однако в итоге декларацию о прекращении финансирования новых угольных электростанций не подписали Австралия, Индия, США и Китай, на которые приходится около половины угольных электростанций, работающих во всем мире, и которые планируют построить их еще больше. А правительство Великобритании дало разрешение на строительство новой угольной шахты
– первой, после полного прекращения угледобычи в стране в 2014 году. Причем добыча должна начаться уже в 2021 г., вопреки воплям «экоактивистов». Реальные потребности экономики стра
– на кредитные ресурсы. В общей сложности 39% обязательств партнеров с ограниченной ответственностью (LP) приходилось на государственные пенсионные фонды, 15%
– на страховые компании, 11%
– на управляющие активами. Географически 18% привлеченного капитала пришлось на Северную Америку, 17%
– на Европу и 8% –АзиатскоТихоокеанский регион. Остальные инвестиции осуществлялись в других регионах или на глобальном уровне. Майкл ВАТСОН, партнер, руководитель отдела финансов и проектов и руководитель отдела консультирования по вопросам изменения климата, Pinsent Masons LLP Крупные строительные компании и девелоперы обычно вкладывают значительный капитал в инфраструктуру с использованием собственных корпоративных средств. Собственный капитал используется для осуществления новых инфраструктурных проектов. Кроме того, прямые инвестиции также осуществляются компаниями, управляющими пенсионными фондами и суверенными фондами благосостояния. В первом полугодии 2021 года в инвестициях закрытых фондов, не включенных в биржевые списки, произошел всплеск целевых вложений в использование возобновляемых источников энергии, на которые пришлось около трети (19 млрд. долларов США) от общей суммы привлеченных средств. За тот же период в 2020 году на возобновляемые источники энергии было выделено (этими фондами, прим. ред.) всего 1 млрд. долларов США (по данным H1 2021 Fundraising Report, Infrastructure Investor, 27th July 2021). Прим. ред.: Опять чтото не так у «писателей» с арифметикой: 45,6 млрд. + 8,7 млрд. = 54,3 млрд., а всего, как утверждается, 61,3 млрд. Где остальные 7 млрд.? 39% + 15% + 11% = 65%. А куда делись остальные 35%, если это
– «в общей сложности»? Увеличение произошло за счет стратегий, ориентированных как на «традиционные», так и на «возобновляемые» источники энергии, которые составили 1,1 млрд. долларов США за первые шесть месяцев этого года по сравнению с 14,7 млрд. долларов США в первой половине 2020 года. Рост зеленого инвестирования Зеленое инвестирование является центральной темой среди фондов, которые в настоящее время находятся в режиме сбора средств, при этом такие термины, как «зеленый», «чистый», «устойчивость» и «энергеДоли инвесторов во вложениях в инфраструктуру в первом полугодии 2021 г., тический переход», все чаще встречаются в названиях фондов (согласно анализу Investor Funds Report, H1 2021, IJ Investor, 15 July 2021). Эти фонды также ориентируются не только на энергетический сектор, но и на энергоэффективность и более широкую декарбонизацию других подсекторов инфраструктуры, таких как чистый транспорт и цифровая инфраструктура. Исследование в области инвестиций в чистую энергию, проведенное консалтинговой компанией bfinance, показало, что в настоящее время на рынке присутствует 47 инвестфондов, вкладывающих средства возобновляемые источники энергии, и еще 15, занимающиеся инвестициями в «энергетический» переход. Цифры подтверждают уверенность в том, что возобновляемые источники энергии и цифровая инфраструктура являются наиболее многообещающими и устойчивыми секторами роста в постпандемической среде. Infrastructure Investor установил, что все пять крупнейших по объемам вложений в первой половине 2021 года инвестфондов специализировались либо на таких секторах, как возобновляемые источники энергии или цифровая инфраструктура, либо на регионах, особенно на Европе и АзиатскоТихоокеанском регионе. Это не должно вызывать удивления, учитывая обещания «нулевой эмиссии» (Net Zero) и планы правительств «улучшить восстановление». По оценкам McKinsey, к 2030 году для «энергетического» перехода потребуются капитальные затраты от 3 до 5 трлн. долларов США в год, что намного превышает текущие инвестиции. Переломный момент для инвестиций в экологическое, социальное и корпоративное управление (ESG) По мнению McKinsey, на частных рынках влияние ESG сейчас достигло критической точки, став важным для множества заинтересованных сторон. К ним относятся регулирующие органы, LP, потребители и сотрудники. В 2020 году инвестиции в стратегии, связанные с ESG, выросли бесДоли основных регионов в инвестициях в инфраструктуру (первое полугодие 2021 г.) Источник: Анализ IJ Investor и Pinsent Masons Прим. ред.: Аппетиты растут, как и ставки в глобальной игре. Прим. ред.: Эта «важность для заинтересованных сторон» подчеркивалась еще на так называемых «пандемических учениях» Event 201, которые в октябре 2019 г.
– за два месяца до выявления первых больных Covid19 в Китае
– провел Центр медицинской безопасности Джонса Хопкинса совместно с партнерами
– Всемирным экономическим форумом и Фондом Билла и Мелинды Гейтс. Подробнее см. журнал «Окна и Двери», №1/2021. прецедентно: с 2015 по 2020 год было привлечено почти 400 млрд. долларов совокупного частного капитала, ориентированного на ESG, причем более четверти (около 100 млрд. долларов США) было привлечено в 2020 году. Связанный с ESG капитал в инфраструктуре рос на 28% в год, причем значительная часть этого роста была связана с притоком средств в стратегии, связанные с устойчивым развитием. Тенденция сохранится: недавний опрос PGIM показал, что 58% глобальных инвесторов активно включают обязательства по изменению климата в свои инвестиционные процессы. Однако за цифрой скрывается некоторое географическое неравенство: так поступают только 47% инвесторов в Северной Америке по сравнению с более чем 80% инвесторов в Европе. Для многих инвесторов повышение внимания к ESG потребует крутого обучения с точки зрения развития новых наборов навыков, таких как способность получать, систематизировать, анализировать и сообщать данные ESG. Один из подходов
– просто купить аналитику: например, компания Blackstone приобрела Sphera, поставщика программного обеспечения ESG и данных, за 1,4 млрд. долларов США. До недавнего времени одним из основных препятствий на пути инвесторов к устойчивому инвестированию было отсутствие общепринятых стандартов отчетности. Однако продолжающаяся консолидация организаций по стандартизации и растущее признание рамок для измерения критериев ESG приводит к тому, что инвесторы стремятся «войти в игру». Расширение возможностей в АзиатскоТихоокеанском регионе Не только развитые страны, такие как США, предлагают возможности для инвестиций в инфраструктуру. Если пакет расходов на инфраструктуру у администрации Байдена направлен на стимулирование экономики и модернизацию разрушающихся дорог, мостов и плотин, то вложения в инфраструктуру в АзиатскоТихоокеанском регионе рассматривается некоторыми как огромная возможность для крупных институциональных инвесторов и частного капитала. По данным Азиатского банка развития, развивающимся странам Азии потребуется инвестировать 26 трлн. долларов в период с 2016 по 2030 год, если регион хочет сохранить темпы роста и отреагировать на изменение климата. С поправкой на борьбу с изменением климата, из общих инвестиционных вложений в 20162030 годах 14,7 трлн. долларов США будет приходиться на электроэнергетику, а 8,4 трлн. долларов США
– на транспорт. Инвестиции в телекоммуникации достигнут 2,3 трлн. долларов США, при этом расходы на водоснабжение и канализацию составят за этот период 800 млрд. долларов США. Недавний анализ «альтернативных активов» в АзиатскоТихоокеанском регионе, проведенный Preqin, показал, что «рынок альтернативных инвестиций в Азии в ближайшие годы испытает взрывной рост, а частные капитальные активы под управлением (AUM) к 2025 году достигнут 6 трлн. долларов». Частный капитал будет играть растущую роль в распределении активов в АзиатскоТихоокеанском регионе, при этом совокупная стоимость частного капитала, ориентированного на АзиатскоТихоПрим. ред.: Правила игры, естественно, будут устанавливать авторы «великой трансформации». океанский регион, по состоянию на сентябрь 2020 года достигла 1,7 трлн. долларов США
– шестикратное увеличение за последние 10 лет. Между тем, данные Refinitiv показывают, что в Китае, Гонконге и Тайване за первые шесть месяцев этого года зарегистрирована 41 сделка на сумму 19 млрд. долларов США по сравнению с 23 сделками на сумму 7,6 млрд. долларов США за весь 2020 год. Помимо акцента на возобновляемые источники энергии в АзиатскоТихоокеанском регионе, где коммунальные предприятия следует поощрять за развитие возобновляемых источников энергии, инфраструктура, связанная с цифровизацией и данными, также становится все более важной в регионе. В таких странах, как Китай и Индия, 20 лет назад не было реальной сети мобильной связи, но в последние годы в результате масштабного развертывания покрытия 3G и 4G наблюдался экспоненциальный рост потребления данных. По мере роста экономик АзиатскоТихоокеанского региона
– а вместе с ними и среднего класса
– мы, вероятно, увидим рост спроса на такие активы, как вышки сотовой связи и центры обработки данных, а затем последующие инвестиции в умные города и зарядку для электромобилей. Несмотря на тот положительный факт, что компании, управляющие активами, понимают влияние изменения климата на свои портфели, что будет способствовать созданию устойчивой застроенной среды и поддерживать стремление к декарбонизации, остается серьезная проблема, связанная с неэффективными активами. Лоуренс Слэйд, генеральный директор Global Infrastructure Investor Association (GIIA), возможно, лучше всего резюмировал это: «Многие инвестиционные возможности появятся Прим. ред.: Вообщето, Китай сегодня
– это крупнейшая в мире сеть 5G. Но автор этого или не знает, или не хочет признать, поскольку тогда придется признать и растущее отставание «запада» от Китая в этой сфере. в результате роста цифровизации, использования зеленого газа, электромобилей (EV), экологически чистой энергии и других областях. инноваций. Однако компании должны тщательно управлять этими возможностями наряду с проблемами, связанными с неэффективными активами». Темпы изменений продолжают ускоряться, поскольку инвесторам приходится сочетать стратегии смягчения последствий в отношении своих существующих портфелей с агрессивным акцентом на «чистом нуле» или чистом положительном воздействии новых инвестиций и распределения капиталовложений. Прим. ред.: Пока что «темпы изменений» привели к энергетическому кризису, который далеко не закончен, и к беспрецедентному росту цен не только на нефть и газ, но и на уголь, объявленный «самым грязным» ископаемым источником энергии. Несмотря на все усилия по развитию «зеленой энергетики» в течение последних 20 лет, на угольные электростанции в настоящее время приходится треть вырабатываемой электроэнергии в мире. Прекращение инвестиций в добычу угля, ставилось в качестве главной задачи организаторами конференции COP26 в Глазго. Однако в итоге декларацию о прекращении финансирования новых угольных электростанций не подписали Австралия, Индия, США и Китай, на которые приходится около половины угольных электростанций, работающих во всем мире, и которые планируют построить их еще больше. А правительство Великобритании дало разрешение на строительство новой угольной шахты
– первой, после полного прекращения угледобычи в стране в 2014 году. Причем добыча должна начаться уже в 2021 г., вопреки воплям «экоактивистов». Реальные потребности экономики стра
Устойчивая и качественная инфраструктура является хорошо известным двигателем экономического роста и социального прогресса и многими рассматривается как важнейший фактор, способствующий достижению целей в области устойчивого развития (ЦУР) и обязательств по Парижскому соглашению.
online просмотр